26.05.2024

Сергей Чулков: «Самое главное в театре – это живое общение зрителей с актерами и актеров со зрителями»

Сергей Чулков: «Самое главное в театре – это живое общение зрителей с актерами и актеров со зрителями»

5 апреля главный режиссер Академического музыкально-драматического театра им. Леси Украинки, Заслуженный деятель искусств Украины Сергей Чулков отмечает свой 85-летний юбилей. Накануне этого события Сергей Анатольевич откровенно рассказал нашему изданию о своих любимых драматургах, о противостоянии театра и кино, а также о том, почему именно сейчас он решился поставить знаменитую пьесу Шекспира «Ромео и Джульетта».

Сергей Анатолевич, как вы считаете драматургия разных стран несет какие-то ярко выраженные национальные признаки, по которым, например, можно легко отличить пьесу английского автора от пьесы французского драматурга?

Во-первых, пьесы изначально написаны на родном языке автора и уже это является их основной отличительной чертой и признаком их национальности. А в переводе на другой язык пьеса может зазвучать совсем по-другому. Это зависит от переводчика. Но, как правило, любой переводчик, хочет он того или не хочет, обязательно вносит в текст что-то свое сугубо национальное. От этого никуда не деться. И даже если переводчик подбирает какие-то идентичные к подлиннику слова, то он все равно делает это исходя из своего понимания образности, из своего понимания автора и так далее. Самуил Маршак, который широко известен как детский писатель, был еще и замечательным переводчиком. Он сделал перевод всех сонетов Шекспира. Но они ничего общего с Шекспиром не имеют. Хотя от этого они хуже не стали. Это прекрасные сонеты. Но это Шекспир в понимании Маршака.

Если вы уже затронули тему переводов, хочу спросить, есть ли сейчас проблема с хорошими переводами известных пьес на украинский язык?

Да, такая проблема существует. Я приступая к постановке пьесы «Ромео и Джульетта», прочитал шесть ее переводов  и долго не мог ничего выбрать из них. В конце концов остановился на варианте перевода Ирины Стешенко, который она сделала еще в 1952 году. Мне он понравился больше всего,  а уже потом я узнал, что ее переводы Шекспира являются своеобразным эталоном качества и что она считается лучшим украинским переводчиком его пьес. То есть мое мнение в данном случае совпало с мнением критиков и шекспироведов. Кстати, «Шекспироведение», стало уже настоящей наукой. Исследователи уже лет двести серьезно занимаются изучением его творчества, анализом его произведений и переводом их на другие языки и так далее. Кстати, Шекспир ведь свои произведения писал не на том английском языке, который мы сейчас знаем. Он писал на древнеанглийском языке, который не имеет ничего общего с сегодняшним  английским языком.  Несколько десятков лет назад существовал «Шекспировский мемориальный театр», где актеры играли Шекспира на том языке, на котором он изначально писал свои пьесы. Мне посчастливилось в свое время побывать в этом театре. Мы, группа молодых людей, сидим и смотрим спектакль по пьесе Шекспира. Я всегда был не силен в языках, поэтому мне в принципе все равно было на каком языке разговаривают актеры. Зная содержание пьесы мне было и без знания языка легко  ориентироваться в происходящем на сцене. В антракте один из наших друзей, который прекрасно знал английский язык, говорит: «Ребята, я ничего не понимаю из того, что они говорят. Это какой-то странный язык». Проходящий мимо человек уже достаточно солидного возраста услышал его слова и говорит: «Так ведь это не современный английский язык – это древнеанглийский язык». То есть театр назывался «Мемориальный» потому, что в нем пьесы Шекспира игрались слово в слова, так как они были написаны изначально.

Почему интерес к творчеству Шекспира, даже с учетом подобных интерпретаций его произведения, до сих пор не падает?

Величина любого автора как раз и проверяется временем. Шекспир эту проверку прошел. Дело в том, что о любви писали все. Ибо это чувство и взаимоотношения влюбленных людей – они вечны и актуальны в любое время. Другое дело насколько остро и насколько интересно это показывает автор. И насколько это проникает в сердца зрителей. Поэтому лишь единицы стали настоящими Певцами любви. Но если каждое новое время, каждое новое поколение признает величие Шекспира, значен он действительно велик. То есть, условно говоря, в каждом времени есть то, что есть в его пьесах…

Можно сказать, что Шекспир Ваш любимый драматург?

Один из любимых.

Кто еще входит в первую пятерку Ваших любимых драматургов?

Во-первых — Теннесси Уильямс. Это уже более современный автор, если сравнивать с Шекспиром. Я его тоже достаточно много ставил. У него настолько сложные и пронзительные взаимоотношения между героями. И это не может не завораживать, не может не проникать в зрительный зал. Я не знаю ни одного театра, который бы «провалился» с постановкой его пьесы.

Далее, как ни странно может показаться – Шиллер. Это полная противоположность Шекспиру: по стилистике, по способу описания и так далее. Но я люблю его творчество, потому что в нем всегда есть что-то завораживающее. Это такие своеобразные мощные сказки для взрослых, которые всегда волнуют людей.

Еще я очень хорошо отношусь к Мольеру. Он у меня всегда лежит на столе. Я кстати, очень люблю всю французскую драматургию. И серьезную, и развлекательную. Мне французский юмор близок и я в нем хорошо ориентируюсь.

И конечно же Бернард Шоу. Но вот его я никогда не рисковал ставить. И не потому., что я не смог бы понять присущего ему тонкого английского юмора, а потому что публика его не очень понимает. Если возвращаться к вашему вопросу о национальных признаках драматургии, то это как раз тот случай, когда он писал именно для англичан. Вот англичане прекрасно его понимают. А вот все остальные национальности, там кто-то больше, кто-то меньше.

А из украинских драматургов?

Я  всегда хотел поставить «Наталку Полтавку». Потому что она выбивается из общего ряда самых ходовых украинских пьес дореволюционного периода, таких как «За двумя зайцами». Причем я хотел поставить ее как бы глядя на происходящее глазами иностранца. Я должен был проникнуть в самую суть этой истории. Но поскольку я иностранец, значит у меня есть какое-то свое мнение о происходящем, какие-то свои соображения о том что за всем этим стоит. В какой-то степени мне это удалось сделать в этом театре.

Если говорить о каком-то условном соперничестве кинематографа и театра, кто сейчас побеждает в этом противостоянии?

Конечно театр. Кто сейчас ходит в кино? Никто! В мое время мы уроки пропускали для того, чтобы пойти в кинотеатр. А сейчас есть телевидение, сейчас любой фильм можно посмотреть дома на смартфоне, на компьютере или на «плазме». А в театр люди ходят. В театр с помощью современных технологий не попадешь.  Кроме того, самое главное в театре – это живое общение зрителей с актерами и актеров со зрителями. Между ними есть взаимосвязь. А в кино этого нет. Вне зависимости от того нравится мне или не нравиться то, что я вижу на экране, я ничего не могу сказать этим людям: хорошо это или плохо. И, наоборот, они ничего не могут мне объяснить, почему это происходит так, а не иначе.

Технический прогресс, в том числе и в кинематографе, будет развиваться и далее. Появится трехмерное пространство, появятся новые компьютерные спецэффекты. Но это все мертвое, все – неживое. Это все уже снято и изменить его невозможно. А в театре каждый раз все по-разному. Сегодня в театре тепло, а завтра может быть холодно. Сегодня актеры играют лучше, а завтра – хуже, или, наоборот, еще лучше. Театр всегда останется живым.

Действительно в обществе высказывались опасения, что развитие подобных коммуникационных технологий приведет к спаду интереса к таким видам «живого» искусства, к которым относится и театр. А вышло, что пострадал от технического прогресса в первую очередь кинематограф.

С появлением кинематографа многие предсказывали смерть театру. Говорили, что пройдет 15 лет и от театра ничего не останется. Прошло 15 лет, а театр по-прежнему жил вопреки всем пессимистическим прогнозам. И сейчас в эпоху интернета, он по-прежнему живет. Потому что самое ценное в жизни человека – это общение. Общение, которое театр этому человеку дает. Мы, к сожалению, сейчас настолько отвыкли от общения, что иногда ты просто понимаешь, что ты – один. Что тебе не  с кем общаться вживую. Мы стали жертвами технологического прогресса и времени. Время стремительно проходит мимо нас, а мы бежим за ним, теряя то ценное, что было у нас раньше. Когда мы жили в коммунальных квартирах, то там всегда было общение. У нас были соседи, с которыми ты мог поругаться, которые тебе могли помочь в чем-то, с которыми ты постоянно сосуществовал на одной территории. Об этом можно говорить с юмором, а можно говорить и серьезно. А сейчас этого нет. Сейчас мы заперлись в своих отдельных квартирах и ни с кем вживую не общаемся.

Одобряете ли Вы использование в театральных постановках каких-то достижений технического процесса, которые применяются сейчас в кинематографе?

Конечно. Это факт, что существует некое взаимообогащение театра и кинематографа. Даже несмотря на их «конкуренцию». Как правило, в хорошем кино всегда снимаются театральные актеры.  А какие-то технологические штуки, которые применяются в кино, театральные режиссеры иногда используют в своих постановках. Большая эстрада, кстати. давно этим уже пользуется. Театр в этом плане уступает эстраде, потому что все эти «новинки» стоят бешеных денег. Денег, которых у театров нет.

Выше вы сказали, что ни один театр не «провалился» с постановкой пьес Теннесси Уильямса из-за их высокого качества. А бывает так, что пьеса откровенно слабая, но по ней удается поставить хороший спектакль?

Да, такие случаи есть. И я вам скажу почему так получается. Потому что режиссер смог выбрать из этой пьесы тот нерв, который точно может затронуть зрителя.  Он смог выбирать оттуда то, что «выстрелит» именно сегодня. Даже если это «главное» и не просматриваться явно при прочтении пьесы.

Что вас, как режиссера привлекает в пьесе «Ромео и Джульетта», и что в ней может заинтересовать современного зрителя?

Я не буду скрывать, что меня не волнует в этой пьесе тот факт, что явная причина гибели двух молодых людей кроется в том, что два рода поссорились. И я не верю, что их гибель может привести к примирению долго враждовавших семей. Сегодня я в это не верю. Если бы я ставил эту пьесу лет 20 назад, я бы этому верил, но не сейчас.  Но меня в этой пьесе волнует другое. Мы забыли, как живут страстями, мы забыли что такое ВЕЛИКАЯ ЛЮБОВЬ! Меня именно это интересует – взаимоотношения двух влюбленных, которые опередили свое время. И им дано то, что не дано всем другим окружающим – настоящая страсть в их отношениях. А погибают они от насилия. И это в чем-то закономерно. Потому что родители Джульетты заставляют ее выйти замуж, за человека которого она не любит. И будущего у нее с этим чужим для нее человеком нет. А что касается Ромео, то он же хотел добра всем, он хотел примирения… А получилось, как всегда…

То есть можно сказать, что Ромео и Джульетта были своеобразными революционерами для своего времени?

В каком-то смысле да, хотя сами они об этом и не подозревали. Кстати, ведь никто же не знает, как бы закончилась их жизнь, если бы они остались живы. Допустим бы они поженились. А что дальше? А дальше нужно писать совершенно другую историю, о том как они вместе жили. Потому что страсть не может быть вечной. Сейчас мы застаем их на пике отношений, когда у них вспыхивает любовь с первого взгляда и они живут этой страстью. И для того, чтобы подчеркнуть эту страсть можно, например, поставить спектакль, где бы они говорили стихами, а все остальные – прозой.  Но  страсть, как я и говорил, она со временем угасает. И тогда влюбленные тоже начинают говорить прозой.

Вы специально решили поставить эту знаменитую пьесу к Вашему юбилею?

Нет. Это случилось не специально. Это прямое совпадение и случайность. Я, честно говоря, при всем своем большом желании поставить эту пьесу, никак не мог этого сделать. Как я всегда шутил по этому поводу: «То Джульетты нет, то кормилицы нет». А тут как-то совпало, что в театре есть люди, которые могут сыграть и Джульетту, и кормилицу, и Ромео, и всех остальных героев. Как мне кажется. Это мое субъективное мнение, которое также зависит и от моей трактовки пьесы. А еще я понимаю, что сегодня, как никогда нужно говорить об этом – о Великой любви, о возвышенных отношениях. И я начал работать над этой постановкой даже не думая, что у меня где-то там впереди юбилей. Так что это простое совпадение, что премьера совпадает с моим юбилеем. Главное, что я исполнил свое желание, свою мечту.

Получается, что для успеха режиссеру, условно говоря, нужно найти интересную пьесу с хорошим переводом и иметь в труппе актеров, которые могли бы сыграть в спектакле по этой пьесе?

Вы забыли о зрителе, который либо примет твою концепцию и твое решение, либо не примет. Потому что пьеса может быть реализована по-разному. И эту реакцию зрителей очень трудно предугадать. Поэтому должна существовать триада: пьеса, которая тебе нравится, далее — актеры, которые способны воплотить твой замысел, и зритель — который на твой взгляд должен принять то, что ты ему предлагаешь.

Как выбрать пьесу, что бы ее тема была близка зрителям и они приняли поставленный по ней спектакль?

Это сложно. Я расскажу одну историю. У классика чешской литературы и драматургии Карела Чапека есть пьеса «Белая болезнь». Там по сюжету появляется неизвестная болезнь в одном государстве и никто не знает как с ней бороться. Я еще со студенческих времен помнил эту пьесу. Когда у нас была эпидемия коронавируса, то подумал, что она может быть актуальна с учетом всего того, что творилось вокруг. Я взял эту пьесу и перечитал. Один к одному «ковидная» история!  И я понял, что ставить ее сейчас не нужно. Люди живут в ковиде, а им еще про ковид будут со сцены рассказывать. Нельзя копаться в ранах у зрителя. Если ты случайно «заденешь» одного или двух, такое может быть.  Это случайность. Но в принципе, то о чем говорится в спектакле, должно быть приемлемо для всех! Даже если это драма, даже если это трагедия, даже если это просто смешно. Это должно находить отклик в зрительном зале. Если отклик есть – значит ты попал в точку. Через некоторое время «Белую болезнь» можно будет спокойно ставить и все ее поймут и примут. Потому что люди прожили этот момент и у них уже есть к этому иммунитет.

Фотографии предоставлены пресс-службой Академического музыкально-драматического театра им. Леси Украинки, г. Каменское.