Поэзия и волонтерство — два мира, которые редко сочетаются в одном человеке. Но 18-летний днепрянин Александр Подгорный доказывает, что это возможно. Он пишет стихи, выступает на сцене и находит время помогать другим. А уже 13 сентября он выступит в Центральной библиотеке Каменского. О вдохновении, критике и любви как главной теме его поэзии — в нашем интервью.
– Александр, ты принадлежишь к поколению, которое выросло с YouTube и TikTok, а пишешь стихи — одну из древнейших форм искусства. Как сочетание нового и старого влияет на твое творчество?
– Все началось в 2022 году — тогда состоялось мое первое выступление. До этого все стихи я держал в блокноте, писал от руки. И сейчас остаюсь верным этой привычке: мне проще найти лист бумаги и ручку, чем открывать телефон. В гаджете всегда есть риск случайно что-то удалить. TikTok я установил, кажется, в 2024-м, но до сих пор с ним «не слишком дружу». Единственное, в чем он помогает, — это продвижение творчества. Однако я остаюсь скорее консервативным и люблю писать на бумаге. Был случай, когда готовился к концерту, и из-за нехватки памяти в телефоне все тексты удалились. Тогда я окончательно решил: лучше бумага.
– Когда пишешь от руки — это дает тебе дополнительное время для размышлений?
– Это скорее эмоция успокоения. Если волнуюсь, могу все вылить на бумагу — и становится легче. Иногда услышу мелодию и сразу записываю несколько строк, сначала хаотичных, даже без рифмы. Потом редактирую, придаю больше логики и эмоций. Иногда пишу на суржике, а потом перевожу.
– Твои стихи — это твое видение мира. Влияет ли опыт работы с военными на образы и метафоры?
– Мне предлагали писать о войне, потому что у меня есть опыт волонтерства и работы с военными. Но я не могу писать ни о чем, кроме любви. Вдохновляют люди, которые рядом: те, к кому у меня есть чувства или особая открытость. Они — мое главное вдохновение.
– Александр, ты пишешь про этих людей или они скорее дают импульс?
– Они именно вдохновляют. У меня есть несколько стихов о войне — о полномасштабном вторжении, о военной в плену, о Бахмуте. Но все же больше тянет писать о любви, о романтике.
– То есть ты ждешь вдохновения?
– Да. Я не хочу писать принудительно. Когда это делается под давлением, получается неестественно. Я пишу только тогда, когда чувствую потребность сердцем. Должен погрузиться в атмосферу любви и романтики. Например, иногда достаточно прогулки по набережной — и уже появляются строки, которые потом довожу до совершенства.
– Ты писал про Украину? Про родной город?
– Нет. Как-то меня попросили написать стихотворение про Днепр. Оно получилось не слишком удачным, и я понял: писать о городах — не мое.
– В 18 лет у тебя есть опыт, который многим не достаётся за всю жизнь. Как ты совмещаешь чувствительность поэта с реальностью волонтера, где эмоции нужно сдерживать?
– Моя творческая жизнь и моя жизнь как волонтера — это как две разные личности. Это требует большой внутренней работы. Часто даже на сцене трудно проявить эмоцию, потому что привык быть серьезным. Так же и в социальных сетях — они у меня более «сдержанные», и вести их сложно. Но в жизни я могу и рассмеяться, и заплакать. Это своеобразная профессиональная деформация.
– Есть ли связь между умением спасать тело и писать стихи, которые спасают душу?
– Да, связь есть. Когда оказываю помощь, стараюсь мыслить позитивно и не погружаться в стресс. Здесь помогает творческая душа: вспоминаю произведения, музыку. Это спасает от паники и позволяет сосредоточиться на главном — спасти жизнь.
– Как относишься к критике — и в творчестве, и в волонтерстве?
– В 2022–2023 годах я воспринимал критику очень болезненно. Помню, в Днепре, в театре «Крик», одна из организаторок сказала: «Александр, что ты написал? Это не твое», — и отказала в выступлении. Было очень тяжело, даже впал в депрессию и хотел все бросить. Но со временем начал относиться спокойнее. Важно слушать тех, кто действительно разбирается. От остальных лучше отсеивать: часто это зависть или попытка сбить с пути.
– Была ли критика от людей, которые действительно компетентны? Как реагируешь сейчас?
– Бывает непросто и в творчестве, и в волонтерстве. В волонтерстве критика для меня — это скорее толчок к развитию. А вот после отказа в выступлении в театре «Крик» я решил: если пишу, то уже «по-взрослому». Теперь воспринимаю критику спокойнее: иногда это непросто, но она может стать стимулом к совершенствованию.
– Ты часть молодого поколения, которое вдохновляет. А что вдохновляет тебя?
– Сейчас у меня небольшой кризис — почти ничего не пишется. Вдохновляют известные авторы и музыканты, близкие к моему стилю: группа «Без Обмежень», Домінік Джокер, Емелі, «ЯкТак», «Домій», «100лиця». А когда рядом есть кто-то «под моим крылом» — тогда этот человек становится вдохновением. И это может быть очень разное вдохновение: от нежного и спокойного до даже резкого, провокативного.
– Что для тебя значит быть украинцем сегодня? Как ты передаешь это в творчестве?
– На каждом концерте мы проводим благотворительный аукцион и всегда вспоминаем военных. Исполняем гимн, чтобы весь зал вставал и пел. Быть украинцем для меня — значит не оставлять тех, кто нуждается в помощи. Помогая военным и гражданским, мы помогаем и себе. Потому что обеспечив армию, мы обеспечиваем и собственную безопасность.
– Представим, что через 20 лет кто-то будет читать твои стихи. Что он должен почувствовать, чтобы понять тебя и твое время?
– Думаю, он должен почувствовать вкус моей подростковой любви — со всеми ее эмоциями: иногда наивными, иногда слишком будничными, но настоящими.
– Если бы ты мог одновременно обратиться ко всем украинцам, что бы сказал — как поэт и как волонтер?
– Как поэт я бы сказал: «Почувствуйте мой взгляд на себе». Потому что очень мало людей смотрят друг другу прямо в глаза. А как волонтер — сказал бы: «Не сдавайтесь». Это трудно и морально, и физически, но нужно держаться.
Напоминаем, что уже 13 сентября в 17:00 в Центральной городской библиотеке Каменского (им. Т. Г. Шевченко) состоится поэтический тур Александра Подгорного. Вход свободный (donation).
Интервью провела Анна Тимошенко.