Станислав Чирченко — звукорежиссер и куратор аудиопроектов, соавтор «Атмосферы слова», участник художественных инициатив «VivArt» и «ЛітПиріг», муж писательницы и культурной деятельницы Марии Дружко. За патриотическое и волонтёрское создание аудиопроектов современной украинской литературы он получил награду имени Олеся Гончара от международного журнала «Бористен». О слове, звуке и ответственности творчества во время войны — в этом интервью.
— Вы работаете со словом через звук. Как меняется смысл литературного произведения, когда оно перестает быть текстом и становится голосом?
— Здесь все зависит от подачи актера. Произведение может измениться полностью. Акцентирование на определённых словах способно кардинально изменить смысл. Один и тот же текст можно подать как хоррор или как лирику — такое часто случается с поэзией. Произведение подчеркивается, формируется и становится атмосферным, превращается в полноценную вселенную, которую можно услышать и почувствовать. Хотя сам текст тоже имеет собственную вселенную, мы дополнительно её прорисовываем, создаем новое видение.
— Чувствуете ли вы личную ответственность, озвучивая тексты украинских авторов во время войны?
— Конечно. Речь идет о популяризации украинского языка и литературы. Сейчас я работаю только с украинскими авторами. Ответственность заключается в том, чтобы максимально точно передать то, что хотел сказать человек.
— То есть важно попасть именно в авторский замысел?
— Да. Без души это не работает. Можно подобрать неподходящую музыку или голос — и тогда, несмотря на техническое качество, это уже не театр. Важно вкладывать собственное вдохновение, понимать автора, общаться с ним. Мы не озвучиваем произведения без разрешения и всегда стараемся создать атмосферу, близкую к авторскому замыслу.
Моя задача — сохранить произведение автора и сделать его не приложением, а продолжением. Чтобы человек, прочитав текст и прослушав аудиоверсию, не почувствовал, что это совсем другая книга, а получил новое удовольствие, не потеряв собственного представления.
— Работаете ли вы с другими языками?
— Английский возможен, но это дорого. Нужны профессиональные актёры с высоким уровнем языка. Поэтому основа — украинский. Другие языки зависят от возможностей и готовности авторов вкладываться в проект. Есть дикторы, которые могут работать на английском, но это стоит в разы дороже для автора.
— Где для вас граница между интерпретацией и соавторством?
— Это тонкая грань. Можно изменить атмосферу произведения подачей и сопровождением, не меняя текста. Но моя цель — не сделать другое произведение, а создать его продолжение. Чтобы человек, который прочитал книгу и послушал аудиоверсию, не сказал: «Это совсем другое», а получил новое ощущение, не утратив собственного воображения.
— Бывают ли ситуации, когда вы меняете актеров или сопровождение?
— Да, и это нормально. Мы делаем пробы, иногда меняем актёра или переписываем музыкальные элементы даже на финальном этапе.
— Ваша деятельность тесно связана с волонтерством. Стал ли звук для вас формой служения?
— Да. Большинство моих проектов во время войны — волонтерские. Я работал с писателями, фанатскими студиями, военными, создавал аудиописьма, посвященные защитникам и защитницам Украины. Все это — бесплатно. В этих проектах принимали участие даже известные актеры, в частности актриса, известная озвучиванием персонажа Барта Симпсона.
— Вы недавно получили награду. Что для вас важнее — признание или слушатель?
— Если проекты найдут своего слушателя, признание придёт само. Мне важно, чтобы замечали работу, ее подачу и атмосферу.
— Когда вы поняли, что хотите работать со словом и звуком?
— Я с детства мечтал быть театральным актером. Но из-за плохого зрения пошел другим путем — выучился на экономиста. Однако музыка, звук, вокал всегда были мне близки. И постепенно это переросло в актерское мастерство и работу со словом.
— Как влияет на ваше творчество присутствие любимого человека?
— Моя жена Мария Дружко очень вдохновляет и поддерживает. Благодаря этой поддержке я развиваюсь и двигаюсь вперед.
— Есть ли тексты, которые вы принципиально не берете в работу?
— Да. Это порнографические и чрезмерно жестокие тексты, а также любое сотрудничество с россиянами. Это вопрос репутации.
— О чем вы мечтаете как художник сегодня?
— Хочется, чтобы работы замечали, чтобы они находили своего слушателя. Развития и собственной большой студии звукозаписи.
— И напоследок: что вы хотели бы, чтобы слушатель вынес из ваших аудиоработ?
— Эмоцию. Атмосферу. Неважно, о чем книга и какого она жанра. Если это ваша любимая книга, вы найдете в ней ответы на все, что вас волнует — даже если там написано совсем о другом. Поэтому перечитывайте любимые книги и вообще любите книги.
Интервью провела Анна Тимошенко